YuliyaG
Наиболее тяжелая вещь в жизни - это понять, какой мост следует перейти, а какой сжечь.
Название: "Ликвидатор"
Автор: Yuliya
Аннотация: Иной мир, населённый вампирами, оборотнями, ведьмами и другими существами, тесно связан с миром людей смертью. Но смерть нужно контролировать... И тогда появляется он - Ликвидатор.
Автор обложки: Julie Stoune
Завершён: нет
От автора: Вторая работа. И первая как оригинальное произведение.
Предупреждения: монстры
Размещение: не копировать на другие ресурсы без разрешения автора




Ликвидатор


Глава 75

Земля
Гаремова тщательно выбирала брюки, пытаясь создать идеальный образ - «скучаю, но по-прежнему обижена, хотя, готова начать с нуля».
Джинсы для такого случая не подходили – слишком просто, обтягивающие чёрные леггинсы – слишком сексуально (они буквально приказывали смотреть на идеальную пятую точку, причём, не только лицам мужского пола).
«Это позже, - мысленно отметила София, - когда приду красть документы по Максу… Фуф, какое мерзкое слово – «красть», но выбора нет».
Но Гаремова лукавила, она прекрасно понимала: выбор есть всегда, просто он уже сделан.
Достав тёмно-синие, чуть расклешённые к низу брюки, рыжая бестия удовлетворённо хмыкнула, растянув губы в улыбке. Приталенное, выше колена пальто в тон штанам подчёркивало стройную фигуру. Образ завершали чёрные сапожки на высоких каблуках, кожаная сумочка и роскошный огненно-рыжий хвост, эффектно покачивающийся при каждом шаге хозяйки.
Подойдя к зданию, где располагался офис ликвидатора, София взглядом выцепила машину Леонида, выбрала удобную позицию для начала операции и закурила. Выпуская дым через нос, Гаремова смотрела себе под ноги, ощущая всё нарастающую тревогу. Утром ей казалось, что вся ситуация должна быть игрой, пусть сложной, подлой, жестокой, но игрой, не более. Внезапно эмоции изменили плану. Чем дольше София курила, тем острее становилось непонятно откуда взявшееся чувство одиночества.
«Ещё и Фарион где-то шляется, шпионка хренова, - проворчала Гаремова, затем добавила шёпотом, коря саму себя, - нельзя было её отпускать одну. Только бы ничего не случилось. Один уже доигрался».
Дверь открылась, София вздрогнула, оторвав взгляд от дороги, изобразила на лице несмелую улыбку (для этого пришлось простоять перед зеркалом не менее получаса, репетируя), но на крыльце появился не Леонид, а яркая брюнетка, которую, по утверждению Фарион, рыжей бестии не стоило воспринимать, как соперницу.
«Тебе легко говорить, подруга», - размышляла Гаремова, не сводя глаз с Ивановой.
Шаги Марьи напоминали поступь кошки, вышедшей на охоту, и это в сочетании с лёгким пренебрежением ко всему миру. Уверенность и превосходство хищницы сквозили в облике девушки, но не били в глаза прохожих высокомерием, а вызывали восхищение, пусть смешанное с завистью и злостью, но всё же восхищение сильной представительницей слабого пола. Сила – ключевое слово, характеризующее ауру, окружающую сотрудницу ликвидатора в этот хмурый, осенний день. Сила, скрытая в кошачьих движениях, сила, скрытая в глубине серых глаз…
«Да что со мной происходит? - размышляла Гаремова, пытаясь сбросить наваждение. – Она не сделала ничего особенного, всего лишь ловко сбежала по лестнице и села в машину».
Но мысли о красивой «не сопернице» лезли в голову, рисуя неприятные картинки.
«Да, милая, тебе пора лечиться, причём, на пару с Фарион, - резюмировала женщина, затем грозно скомандовала, - София, соберись! Иначе провалишь всё задание».
Леонид появился двадцать минут спустя. К тому моменту рыжая бестия замёрзла, но внутри начинала закипать. Быстро сменив гнев на милость и натянув робкую улыбку согласно плану, девушка подошла к машине, коснулась рукой царапины, с сожалением провела по ней тонкими пальцами и тихо произнесла:
- Привет. Я говорила, что мне очень жаль.
Леонид лукаво сощурился, чувствуя подвох, но красота, улыбка и завораживающий голос Гаремовой сделали своё дело – мужчина подавил сомнения, заставив голос разума замолчать. София приблизилась к вампиру, не говоря ни слова, провела рукой по щеке, подбородку и замерла в напряжённом ожидании.
Смелые движения для тех, у кого не было ни одного свидания, но рыжей бестии на это плевать. Женщина знала, чего он хочет, чего хочет она, здесь и сейчас. Игра началась.
Пальцы двинулись дальше, коснулись уголков губ, вновь замерли и отпустили своего пленника. Пустота кольнула мужчину в область сердца. Резко, но осторожно он «поймал» хрупкую руку своей рукой. София ощутила нежный поцелуй на ладони.
- Давай не будем спешить. Я хочу всё сделать правильно, - чарующим голосом произнёс Леонид, желая добавить: «Ведь у нас впереди целая вечность», но вместо этого лишь спросил, - хочешь поужинать?
Ответом ему были солнечная улыбка и озорной огонёк в глубине лукавых глаз.
*************
Земля
Фарион замёрзла, и, если учесть, что холод причинял ей почти физическую боль, брюнетка начинала терять бдительность: мысли крутились вокруг замёрзшего тела и невозможности слезть с дерева, чтобы хоть как-то согреться, а люди на поляне молча стояли, ожидая кого-то или чего-то.
«О Боже, когда же начнётся главное? В таком темпе я умру от переохлаждения, пока набор этих звёзд соизволит сделать хоть что-нибудь».
После этих мыслей на поляну неожиданно прыгнул карон, приземлившись в двух шагах от Морана. Фарион машинально назвала чудовище «вторым».
В голове Джули промелькнуло: «Началось», затем сущность обычной человеческой женщины превратилась во внимание, забыв о холоде. Сердце бешено билось, возбуждение достигло предела, превратившись в ком ждущей энергии. Фарион с трудом понимала, что это значит и чем грозит. Она просто застыла на дереве с биноклем в руках, отдавшись интуиции.
Зверь на поляне замер, втянув ноздрями холодный воздух, затем медленно повернулся к маньяку. Жалобный полукрик-полустон задохнулся в горле, вытесненный чудовищной болью, рвущей на куске не только тело, но и разум. Так действовали кароны…
Палач разделывал свою жертву, жестоко и изощрённо, заставляя чувствовать, глубоко и остро, как и все те, чьи жизни оборвал монстр, почему-то называющийся человеком.
«Второй» убивал, остальные стояли, молча наблюдая за происходящим. Они ждали, всё ещё ждали… Карона нельзя останавливать, когда он выполняет предначертанное природой.
В глазах Сеймы светилось торжество, возможно, посмотри сейчас Иван на свою возлюбленную, он узнал бы о ней много нового. Пётр сосредоточился на ощущениях, одна рука наёмника коснулась кристалла Киори, другая сжалась в кулак, но Неменцев ничего не мог уловить, только знание того, что хозяин палача рядом жгло изнутри бессилием и злобой. Пальцы Берка нащупали пузырёк в кармане, внешне ликвидатор оставался спокойным. Юноша архаи и его подопечный готовились к бою.
Джули смотрела на происходящее, пытаясь понять, почему её глаза оставались сухими, а сердце, перестав бешено стучать, отмеряло ровные спокойные удары, несмотря на кровь и внутренности, окрашивающие поляну в алый цвет. Брюнетка испытывала страх, но не из-за увиденного. Страх ранее неизвестной сущности – части себя, что внимательно и почти равнодушно следила за происходящим, наблюдая и анализируя.
Наконец, всё было кончено. Жертва уже не двигалась, хотя, как могут двигаться разбросанные на расстояние двух-трёх метров друг от друга куски человеческого тела?
«Всё кончено?» - спросила Джули саму себя, но внезапный крик юноши в чёрном перешёл в вопль, призывая и обрекая на смерть. Первый карон бросился на второго.
В этот миг Фарион ощутила присутствие того, другого, чья воля была единой с волей палача, единой с волей «второго». Потеря и пустота окутали душу, пронизывая могильным холодом. Художник, рисующий кровью, вдохновитель карона и просто друг того, кого рвали на куски на поляне. Протяжный вой потряс лес, отдаваясь звериным «нет» в груди каждого, кто слышал его.
Два зверя боролись на смерть, используя шипы, когти, зубы, яд и острые кинжалы на кончиках хвостов. Но битва не была равной. В сражении каронов дерутся не только звери, но и их хозяева. Юный архаи оказался слишком неопытным, в то время, как его враг бился за единственное существо, что скрашивало его дни и ночи последние несколько месяцев.
Берк чувствовал силу пришедшего зверя, точнее, силу того, кто бился вместе с ним, находясь на расстоянии. Энергия неслась смертоносной волной, сметая всё разумное на своём пути. Существа на поляне ощутили толчок. Внезапно поляна стала серой, поблекли люди и деревья, и сила ворвалась бешеным потоком, сминая волю присутствующих, как ненужный исписанный листок. Они ожидали всего, но только не этого. Они вообще не знали, что такое возможно.
Сейма потеряла сознание, Берку понадобилось несколько секунд, чтобы прийти в себя, Неменцеву больше, но монстру этого было достаточно.
«Убей хозяина! Это его ослабит!» - немая команда прозвучала громче самого отчаянного крика о помощи.
«Второй» ловким движением лягнул израненного «первого», прыгнул в сторону юноши в чёрном, в следующую секунду смертоносный хвост взметнулся вверх, пронзив грудь человека острым кинжалом. Парень упал на колени, изо рта хлынула кровь. Собрав последние силы, преданное, покалеченное существо бросилось на палача, но второй удар хвостом и острые когти заставили уткнуться носом в замёрзшую землю.
Архаи и его карон умирали на поляне, их разум стал единым целым… и пусть это была самая лучшая смерть из всех возможных, но Берк не мог смириться. Моран знал, что этим закончится, хотя, не так, не так, не так… слишком быстро. Невероятно что с начала поединка прошла минута.
Палач замер, чувствуя победу в боли умирающих. Ликвидатор воспользовался моментом, открыл крышку пузырька, приготовившись выплеснуть раствор на монстра. Новая немая команда пронзила мозг: «Осторожно, сзади!»
«Второй» обернулся, ловко перевернулся в воздухе, всем телом уворачиваясь от кислоты. «Какого хрена, такой связи человека и монстра просто не может быть», - Берк чертыхнулся, заметив, как капли попали на нижнюю половину туловища палача, разъедая кожу и внутренности, но этого было недостаточно для смерти карона.
В следующую секунду зверь бросился на обидчика. Острые когти вцепились в грудь, разрывая плоть, зубы щёлкали в паре сантиметров от горла, с трудом сдерживаемые руками ликвидатора. Увидев яркий свет, Моран зажмурился. В голове пронеслась мысль о кристалле Киори, но сильная боль мешала трезво оценить ситуацию. Вой монстра потряс лес.
Неменцев обещал Адель спасти Берка, и именно этим он сейчас и занимался. Свет камня сводил монстра с ума, но недолго. Острый кинжал вонзился в бок, Пётр упал, зажимая глубокую рану. Взгляды ликвидатора и наёмника встретились.
- Попробуй найти его, иначе нам не победить.
Неменцев колебался ровно секунду: сущность наёмника вытеснила сущность влюблённого. Раненая летучая мышь покинула поляну.
Чудовищная боль разрывала тело, мешая действовать и думать. Берк сдерживал монстра из последних сил, понимая, скоро всё закончится. Хорошо, Сейма этого не увидит.
Сознание заволакивал туман, боль отходила на второй план, уступая место опасному равнодушию. Теряя сознание, Берк увидел Джули, живую и горячую, сошедшую на него вместе со снежной смертоносной лавиной.
Последней мыслью вампира, чьё тело палач превращал в кусок окровавленной плоти, было: «Эта женщина и смерть несовместимы. Или…»
Пётр куда-то исчез. Джули видела неподвижно лежащих юношу в чёрном, «первого» карона и Сейму. Кто из них был мёртв, кто ещё дышал – брюнетка не знала. Сознание заполнила боль, испытываемая ликвидатором. Она не была чисто физической, она скорее превращалась в физическую, с каждой секундой становясь невыносимей. Фарион видела окровавленное тело, видела палача, видела мужчину, который больше не в силах бороться.
И над жестокой бойней витал уверенный, ласковый голос кровавого художника: «Молодец! Хороший мальчик! Убей его!»
Боль достигла апогея, бинокль выпал из рук, Джули закрыла глаза. Мир погрузился в красное: красные деревья, поляна, люди и даже небо. Красные кровавые капли, стекающие по стенам сознания, вдруг ставшего узким, способным вместить лишь одного человека – Берка Морана.
Немая команда вырвалась из глубин сущности тяжёлой тёмной волной, накрывшей поляну. Хрупкая человеческая женщина приказывала палачу: «Остановись!»
В следующую секунду Джули безвольной куклой повисла на ветках, укрывшись в объятиях спасительной тьмы.


Глава 76

Земля
Что-то острое упиралось в бок, правая рука онемела, левая сжимала шероховатый предмет, в виске стучала боль, и в целом тело напоминало примороженный кусок бревна. Джули с трудом открыла глаза. Серое, тёмное, с пятнами… да, именно так выглядит кора дерева, когда ты уткнёшься в неё носом. Издав слабый стон, девушка попыталась сесть, получилось не сразу.
Конечно, потерять сознание на дереве и не свалиться с него – нужно уметь, но бесплатно такие подвиги не даются. Стало легче – ветка больше не беспокоила, другую Фарион отпустила, на ладони остались грязные следы. Ощупав запястье, брюнетка убедилась – ничего страшного, кроме пары синяков.
Странное ощущение незапланированной остановки, будто мир замер и чего-то от неё ждёт. Холодно. За холодом следует страх. Джули бросает взгляд на поляну, ноющая пустота касается сердца, в следующий миг события разматываются в обратном порядке, заставляя стиснуть зубы от боли. Морана больше нет, ей хочется выть и кричать, но сейчас нельзя, сейчас не время, переживания и слёзы – позже, сейчас – только вперёд, собрав волю в кулак и затолкав эмоции куда-нибудь туда, где от них не будет вреда, по крайней мере, в ближайшее время.
Этим вечером в ней что-то сломалось, сломалось навсегда, став ненужным. Джули знала – это что-то было частью хорошего и доброго, но люди меняются или их заставляют меняться – суть не важна, просто она больше никогда не будет прежней. Хорошо? Плохо? Уже не важно. Где скрылись эмоции, столь опасные для критических ситуаций, Фарион точно не знала. Какое-то место внутри, запертое на ключ, который брюнетка поспешила выбросить. Иначе она не выдержит, а должна…
Девушка затолкала бинокль в рюкзак, накинула капюшон и слезла с дерева. Дойдя до поляны, Джули поразилась мирному спокойствию вокруг. Атмосфера поздней осени завладела лесом, невидимой дымкой очарования окутав деревья. Мёртвая трава в сочетании с холодной землёй казались единым целым - незыблемым гарантом постоянства природы. Воздух же дразнил едва уловимым обаянием перемен. Причём, всё это при полном отсутствии следов недавней бойни.
«Осенний, холодный рай», - подумала Джули, поражаясь собственному цинизму и иронии. Она заменяла мысли о ликвидаторе чем попало, лишь бы не выпустить эмоции. Пока что получалось.
Исследовав поляну вдоль и поперёк, Фарион обнаружила несколько сломанных кустов, что хоть как-то подтверждало увиденное. Крови нигде не было. К особняку Берка брюнетка решила не идти, а может, она просто не смогла, уверенно свернув на дорогу, ведущую к ожидавшему такси.
Джули старалась не думать, не думать о крови, растерзанных жертвах и ликвидаторе, не думать об случившемся, пытаясь объяснить происходящее.
«Так, успокойся, у тебя слишком мало информации для анализа. Завтра придёшь в офис, тогда и решишь, что делать дальше, иначе просто сойдёшь с ума», - чужой голос в голове призывал держаться или это был голос новой её. Слишком больно, чтобы решать ещё и такие задачки.
Фарион стиснула зубы и ускорила шаг, сосредоточившись на последовательности действий от момента, когда она сядет в машину и до момента, когда откроет дверь своей квартиры. Джули прокручивала детали в голове, не давая себе сорваться. Это помогало всегда, значит, должно помочь и сейчас. Действительно, какой толк, если она отопрёт кладовку с запрятанными эмоциями и утонет в собственной боли. К тому же, выброшенный ключ находится где-то рядом, но брюнетка не должна найти его. Нельзя, не сейчас.
Знакомая машина, знакомый водитель. Девушка устало опустилась на заднее сиденье, назвав адрес.
- С вами всё в порядке? – поинтересовался таксист, заводя двигатель.
- Да, всё хорошо, просто устала, - и зачем она что-то объясняет? Зачем? Ведь никто, никогда и ничего не объяснял ей. В этой жизни Фарион работала только с самоучителями.
Мысль о Ричарде Моране пыталась разубедить девушку, но была вытеснена из головы другой, прагматичной и жестокой: «Он тоже ушёл, не объяснив, оставив наедине со своими демонами и сыном, который…»
Ком подступил к горлу, в глазах заблестели предательские слёзы. Джули задержала дыхание, помогло.
«Теперь главное – перестать думать и сосредоточиться на другом!» - скомандовала себе брюнетка, переключившись на детали дороги домой.
*************
Земля
- Что это было, Берк? – осторожно спросил Ян, не в силах оторвать взгляда от шрамов на груди ликвидатора, оставленных кароном.
Моран молчал, равнодушно рассматривая стены комнаты в VIP-клубе «Соблазн». Судьба издевалась над ним, вовлекая в дежавю и показывая суть жестокой иронии. Сколько времени прошло в тех пор, как в этом самом месте Адель призналась в предательстве? Странно, но мужчина не смог быстро ответить на заданный вопрос, а думать не хотелось.
Застегнув рубашку, ликвидатор, наконец, глухо произнёс:
- Полный провал.
Ян озадаченно выпятил губу, скользнув взглядом по картине Айвазовского.
- Это я понимаю, но время таких ответов прошло, тем более между нами, разве нет?
Берк молчал. Вонг чувствовал в своём бывшем ученике какие-то изменения, но не мог уловить, какие именно. Это было дурным знаком
- Я не знаю, что случилось, Ян, - устало произнёс Моран, уставившись в стену, - и сомневаюсь, что кто-нибудь знает.
Вампир насторожился:
- Ты о чём?
Ликвидатор вымученно улыбнулся, тряхнув головой. В груди Вонга странно кольнуло: сын до боли похож на отца, и так же отличается от него. Ян разрывался от противоречий, что случалось не часто.
- Чем больше я думаю над случившемся, тем сильнее уверен в том, что не все участники трагедии знали друг о друге. Да и вообще, никто ничего не знал.
- Ты решил добить старика? – с наигранной суровостью спросил мужчина.
Берк устало продолжил:
- Мы ловили неизвестно кого в тёмной комнате, полной капканов, неизвестно с кем и неизвестно кто вмешался в наши дела. Так понятнее?
Ян уловил в голосе ликвидатора досаду, между тем Берк подвёл итог:
- И это мы, идеально обученное подразделение, призванное следить за равновесием двух миров. Знаешь, после случившегося за миры становится страшно.
Конечно, его первый серьёзный провал, но было ли другое существо, способное справиться лучше в такой ситуации? Вонг в этом сомневался.
- Берк, послушай… Сейма жива, жив Неменцев, хотя, не могу понять, как лучший наёмник двух миров дал себя подстрелить из самого обычного пистолета? Но об этом позже. Жив ты. И, похоже, карон, разгуливающий по Земле, выведен из строя. Больше он не будет убивать, а вы получили больше информации.
В ответ Моран глухо произнёс:
- Жив и зверь, что убивал людей. И по словам кора, он – обычный человек. О судьбе его карона точно ничего не известно. Будем ждать информации от Арона.
- Мне жаль юношу архаи с его монстром, - почему-то проявил сочувствие Вонг.
В ответ Берк едва слышно прошептал:
- Жаль, - и что-то в этом шёпоте заставило тысячелетнего вампира насторожиться.
Учитель вгляделся в своего ученика, но увидел лишь каменную маску на лице Морана. Что ж, ещё не время, ждать Ян Вонг умеет.
- Берк, я понимаю тебя, хоть это и провал, но иначе быть не могло.
Ликвидатор нахмурился, вампир объяснил:
- Вы – лучшие среди себе подобных. Обычные люди – слабее вас, автоматически вы получаетесь лучшими в двух мирах. Но сейчас вы столкнулись с силами, которые не может контролировать никто, в том числе, и Арон.
После этих слов на лице Яна показалась озорная улыбка ребёнка:
- Мои шпионы доложили, что его каронье величество в бешенстве.
Вновь став серьёзным, Вонг подвёл итог:
- У нас новый, ранее неизвестный враг. И мы должны учиться борьбе с ним, возможно, начиная с нуля.
Берк тихо произнёс:
- И почему я не нахожу в твоих словах оправдания?
- Потому, что в них его и нет. Просто пойми, с любым случилось бы тоже самое – сильные веками привыкли играть по своим правилам, в своей среде и со своими врагами, но вдруг все три составляющие изменились.
Ликвидатор закрыл лицо руками:
- Бороться с людьми, как с равными, как с теми, кто может быть сильнее нас…
И почему слова показались криком.
- Ты считаешь… - Ян запнулся, сегодня мужчина вообще делал то, что ему несвойственно.
- Я считаю, что «мой спаситель» тоже человек.
Вонга хватило лишь на банальное:
- Почему?
- Не знаю… пока что не знаю.
Тысячелетний вампир нахмурился, его взгляд буравил стены, будто за ними находились ответы на все вопросы.
Внезапно голос Вонга стал грустным:
- Ты же понимаешь, что должен убить спасителя, когда найдёшь его. Люди вмешались в наши дела, а это недопустимо.
Моран коснулся рукой виска.
- Понимаю. И будь уверен – моя рука не дрогнет. Я слишком хорошо осознаю риск существования таких экземпляров.


Глава 77

Земля
Вонг поморщился, дослушав рассказ Берка. Картина получалась удручающе опасной, не говоря уже о нарушениях десятка законов двух миров. Тысячелетний вампир с облегчением вспомнил об официальном статусе операции – Коалиция ничего не знала, не знает и знать не хочет. Никого не волнует вопрос как, главное – результат. А он не был таким уж плохим для тех, кто ничего не знал, не знает и знать не хочет.
Ян смотрел на Берка, пытаясь определить, что мучает Морана. Явно не шрамы, оставленные кароном, и, конечно, не смерть архаи и его подопечного, сын Ричарда никогда не отличался сентиментальностью, разве что несколько веков назад. Неужели провал? Первый провал в его новой должности. Возможно, но не до такой степени. Здесь было что-то ещё, едва уловимое ощущение надвигающейся потери, исходящее от ликвидатора и пропитавшее воздух комнаты.
- С тобой всё в порядке? – произнёс вампир и тут же пожалел об этом. В неподходящий момент подобный вопрос можно задать тому, кто не в состоянии учуять подвох.
В подтверждении мыслей Вонга Моран посмотрел на учителя, приподняв бровь в ожидании дальнейших объяснений.
«Как же просто было с отцом, а этот мальчишка заставляет…» - оборвав неприятную мысль, вампир выпалил, придав голосу наигранный оттенок угрозы:
- Или ты говоришь, что тебя грызёт, или я выбиваю признание силой.
Берк вымученно улыбнулся, откинувшись в кресле. Вонг понял: он не узнает правды, но не услышит и лжи – ликвидатор мастерски спрячется в тени недосказанности, отбиваясь камнями слов, содержащих скрытый смысл.
«Минное поле», - размышлял член Коалиции, прикидывая все возможные варианты. Лучший выбор – начать с подведения итогов.
- Что ж, вы сделали не так уж и мало. Карон выведен из строя, его хозяин, хотя, здесь больше подходит друг и единомышленник, лишился оружия. Произвол, творившийся на Земле, остановлен при минимальных потерях. Надолго ли? Это другой вопрос. – Ян на минуту задумался, рассматривая Берка. – Знаешь, план был не плохой, очень не плохой. Выманить карона, использовав его предназначение. Никто не в силах помешать казни, даже архаи.
Ликвидатор вспомнил выражение лица Леонида после того, как рассказал ему о деталях операции. Патологоанатом бежал от своего прошлого, от страшных экспериментов с монстрами и их жертвами, но оно догнало его в виде жестокого настоящего.
Маг-вампир не сопротивлялся, просто его взгляд потух, руки опустились, и он смирился с действительностью, приняв историю, что развивается по спирали.
- Леонид оказал неоценимую помощь, - вслух произнёс ликвидатор.
- Он в порядке? – Ян поймал себя на том, что слишком часто задаёт этот вопрос.
- Думаю, да, хотя, ритуал связывания жертвы и палача заставил вернуться в прошлое. Но после бойни мы вытащили его со свидания с подругой Фарион.
Ян улыбнулся:
- Надеюсь, не в самый неподходящий момент.
- Сомневаюсь. Ты же знаешь, Леонид давно не делит жизнь на подходящие и неподходящие моменты, он просто наслаждается каждым, - в голосе Берка послышались нотки грусти, - наверное, это понимание приходит с опытом.
- Как Сейма?
- Спит. Я попросил дать ей лошадиную дозу успокоительного. Когда проснётся, хочу быть первым, кого она увидит, иначе начнёт винить себя во всех грехах. А как Неменцев?
Вонг тяжело вздохнул:
- Физически в порядке, но в остальном – затрудняюсь сказать. Наёмник никогда не смешивал чувства с работой и никогда не играл в команде, он ненавидит это…
Ян оборвал фразу, не желая продолжать тему, но Моран не смог удержаться от вопроса:
- При чём тут чувства?
- Извини, не моя тайна.
Ликвидатор нахмурился, на лбу проступили характерные складки. Вонг пожалел о сказанном: он преследовал цель добиться откровенности, но, смотря на ученика, видел перед собой бульдога, вцепившегося в возможность свести речь о собственных чувствах на нет.
Наконец, Моран заговорил:
- Речь не о Сейме, значит, обо мне, - глаза мужчины потемнели, лицо приобрело суровое выражение, тело напряглось, - вот почему он задержался, пытаясь мне помочь, вместо того, чтобы броситься на поиски человека. Отеческих чувств Неменцев ко мне не питает, здесь что-то другое, например, обещание. Вот только кому, зачем и по какой цене?
Берк пристально посмотрел на Яна, ища ответ. Лицо Вонга окаменело, пульс стал слабее.
- Даже не пытайся меня прочитать, мальчик, - холодно произнёс Ян, злясь на сына Ричарда за скрытность, вызов и все последствия, к которым они приводят.
- Я не пытаюсь прочитать, я пытаюсь понять. Не твоя тайна, говоришь, но ты в курсе. Значит, сплетни о романе наёмника и Адель имели основание.
Берк устало опустил голову. И почему в этой роскошной комнате ему суждено узнавать о матери печальную правду.
- Ты не должен её винить, - прошептал Ян, - она…
- Хватит, - слово прозвучало хрипло и властно, - я не виню её. Может спать с кем хочет, она взрослая и… свободная женщина. Но я сам в состоянии позаботиться о себе, без её помощи, точнее, жертвы. Хотя, похоже, она всего лишь совместила приятное с полезным.
Вонг резко встал, нависая над ликвидатором.
- Перестань вести себя как бездушная скотина!
Спокойный, равнодушный голос, показавшийся Яну незнакомым, рассёк воздух:
- А ты перестань лезть в мою личную жизнь. Со своей матерью я разберусь сам.
Вампир сделал шаг назад, не сводя проницательного взгляда с ученика. Минуту двое мужчин смотрели друг на друга. Нет, это не было поединком самцов, скорее, столкновение гнева, боли и разочарования. Ян оказался мудрее.
- Что ж, как скажешь, - тихо произнёс учитель, отступая.
Моран с необъяснимой жестокостью заметил:
- Утешает одно: Пётр не позволил минутной слабости одержать верх.
- Но это не помогло. Хорошо, что остался жив.
Берк немного расслабился, направив разговор в другое русло.
- Я десятки раз прокручивал случившееся. Мы могли уничтожить карона раствором, используй его во время казни, но… - мужчина запнулся.
Ян продолжил за него:
- Вы не могли знать, что человек обладает силой, способной разрушить созданное тобой поле и вырубить вас всех. Вы должны были выйти на убийцу через его карона. К тому же, ожидание было логичным: после казни карон похож на мужчину сразу после секса, - улыбка вампира разрядила обстановку.
- Знаешь, он всё же бросил его, одного против всех нас, - в голосе Морана Вонг уловил злые нотки. – Да, он помогал ему на расстоянии, но этого мало для той связи, что была у них. Всё же, человек предал своего друга, не вступив в игру открыто. И это говорит об опасности такого врага. Как бы больно ему не было и что бы ни стояло на кону, есть только одно существо, ради которого он пойдёт на всё – он сам.
- Скажи, архаи успел передать тебе хоть что-то через карона? Ведь это был единственный способ выйти на хозяина.
Берк поморщился.
- На этом и строилась вся операция. Я считываю информацию, Неменцев выходит на него, мы ликвидируем карона, затем его друга-убийцу. Когда кароны сцепились, архаи сразу начал трансляцию, точнее, я подключился через него к хозяину и ощутил тьму, глубокую и холодную. Этого никто не мог предусмотреть. Он будто поставил защитный барьер, зная, что мы попытаемся сделать. Но это никому не под силу, тем более человеку. Интересно, будь Арон на моём месте, он бы смог увидеть хоть что-то?
- Сомневаюсь, - ответил Ян с тревогой в голосе.
- Я узнал у Леонида – подобной связи карона и другого существа никогда раньше не было. Как и подобной силы. Арон не смог бы это скрыть.
- Такое невозможно скрыть, власть Коалиции такие вещи контролирует жёстко, по крайней мере, в Ином мире, - с досадой заметил Вонг.
- Да уж, сила психа бьёт все рекорды. Одно зрение чего стоит.
- И это меня пугает. Архаи смотрит глазами карона, но, судя по твоим словам, этот человек видел происходящее со всех ракурсов.
- Так и было. Если б не его подсказки, раствор Леонида уничтожил бы монстра на месте. Точно скажу одно: такого раньше не было.
Тишина опустилась на плечи двух мужчин. Она наполнила воздух напряжением, проникла в кровь, причиняя почти физическую боль.
Ликвидатор коснулся рукой виска, удручённо сказав:
- Меня гложет вопрос: почему мне не дали умереть?
Ян с трудом сдержал удивление, бросил пронизывающий взгляд на Морана, но не сказал ни слова, пытаясь проникнуть в мысли Берка. Сын Ричарда продолжил:
- Если мой спаситель – случайный человек, оказавшийся рядом, то ситуация становится крайне неприятной. Он дал умереть маньяку, архаи, но спас меня. Это бесит.
Вонг с печалью посмотрел на ликвидатора.
- Знаешь, другой на моём месте сказал бы, что ты – псих, но, кажется, я понимаю, о чём речь. Ты не можешь избавиться от личностного подтекста всего происходящего, так?
Берк напрягся от неожиданно резкого поворота.
- Похоже, я прав, - сам себе ответил вампир, покачав головой. – Но что заставляет так думать?
- Нелогичность, абсурдность и нелепость произошедшего в конце, хотя, и начало логикой не блещет.
Ян решил зайти с другой стороны:
- Может, наш незнакомец подключился позже, после так называемого исполнения приговора?
- Нет, я бы почувствовал нарушение защитного поля. При создании кто-то был внутри и самое неприятное – он не отключился, посмотрел всё представление и вмешался в самый последний момент. И никто его не почувствовал.
Вонг тяжело вздохнул:
- В этом как раз и нет ничего удивительного. Сейма была в отключке, архаи мёртв, Пётр ранен, ты… - вампир замолчал, только сейчас он осознал, что мог потерять Морана. Ноющая боль проникла в сердце внезапно. Смерть Ричарда надломила, смерть Берка могла сломать.
Ян подошёл к столику с напитками, наполнил два стакана виски, один протянул ликвидатору.
- Но команда чистильщиков не нашла никаких следов, вообще никаких, - рявкнул Моран, тяжёлым взглядом сверля стену.
Сделав глоток, Вонг почувствовал терпкий вкус, на секунду закрыл глаза, затем тихо произнёс:
- Люди, способные на такое, способны и скрыть своё присутствие, даже не осознавая этого. Энергия подобных сил обладает огромной мощью, особенно в разуме тех, кто не умеет её контролировать.
Берк бросил удивлённый взгляд на учителя:
- Ты тоже видишь некую спонтанность случившегося в конце?
Ян некоторое время молчал, тщательно подбирая слова. Берк пил виски, по-прежнему откинувшись в кресле.
- Спонтанность? Возможно. Но больше склоняюсь к отчаянию. Ты говорил о красной вспышке.
Моран устало произнёс:
- Уверен, это от боли и потери сознания.
- А я вот не уверен, - машинально отметил Ян, сосредоточившись на чём-то внутри себя. Воспоминания тонкими нитями окутали разум, сплетаясь в причудливые образы, туманные и блеклые, почти исчезнувшие в пыли сотен лет.
Берк замер, боясь нарушить глубокое погружение вампира в собственный внутренний мир.
Минуты стекали по стенам, размывая образы произошедшего. Тёмное виски в красивом бокале, девятый вал Айвазовского и женщина, чья сила схлестнулась с его силой в этом самом месте. Моран дёрнулся, поразившись переходу от воспоминаний сегодняшнего дня к прошлому.
«Хоть здесь Фарион не причём», - подумал ликвидатор, ощутив некое облегчение.
Ян вынырнул из воспоминаний с недоумённо-печальным выражением лица, в глазах вампира плескалось недоверие, удивление и тревога с искрами страха перед возможным развитием событий.
- Есть что-то?
Вонг заговорил, тщательно заворачивая мысли в слова:
- Точно сказать не могу. Красный цвет – цвет победы, но почему в твоём случае он кажется вызванным глубоким отчаянием. И знак единения человека и карона по-прежнему не даёт покоя.
Ликвидатор нахмурился:
- А ты не можешь выражаться яснее?
- Нет, - отрапортовал Вонг. – Зато теперь ты понимаешь, какого мне разговаривать с упрямым сыном Ричарда.
Берк вздохнул, но всерьёз злиться на вампира не мог.
- А почему тебя так мучает именно случайный спаситель? Забавно, мы назвали его спасителем, - улыбнулся Ян.
- Мне одной Фарион хватает. Никогда не могу предугадать следующий шаг этой женщины. А теперь, представь, ещё один подобный экземпляр. Нет уж, избавьте.
- Да уж, - протянул Вонг, стараясь не смотреть в глаза ликвидатору.
*************
Земля
Дорога быстро закончилась. Джули подошла к собственной двери, вошла в тёмную прихожую, не включая свет, прошла в комнату. Реальность почему-то казалась блеклой и безжизненной.
Девушка скинула куртку, машинально нажала кнопку на настольной лампе, тусклый свет осветил часть комнаты. Отражение в зеркале резануло пустым взглядом и окровавленным виском.
«Хорошо, капюшон скрыл рану, и её не заметил таксист, - подумала Фарион, поражаясь одновременно трезвому и ненужному замечанию разума. - Он погиб, а я … Берк…»
Ключом от кладовки с эмоциями оказалось имя ликвидатора.
Брюнетка не могла сказать, что чувствует, точнее, чувствовала к Морану, но его смерть причинила боль, острую, всепоглощающую боль. Девушка опустилась на диван, слёзы потекли по щекам. Только слёзы, без рыданий и всхлипываний. Джули сидела с каменным лицом, уставившись в одну точку, а слёзы всё катились из глаз, размывая тьму за окном.
Стук в дверь заставил подняться и пройти в прихожую. Шумная Гаремова влетела в квартиру со словами:
- Я вся изволновалась, почему не позвонила? Знаешь, одна малюсенькая смс-ка о том, что всё расскажешь утром меня не устроит. Хочу деталей, тем более наше свидание прервали на… - София включила свет и осеклась, увидев запёкшуюся кровь на лице Фарион и красные, заплаканные глаза.
- Что случилось?
- Многое… и Берка больше нет.


Глава 78

Земля
Ему были чужды человеческие чувства. Люди – лишь образы, которые мастерски вписываются в красивые картины, причём, лучше по частям. Но боль от потери существа, приводящего его грандиозные планы в исполнение, выжигала чёрное сердце, навязчивыми мыслями терзала больной разум.
Умирающий друг нашёл его после выстрела в наёмника. В тот миг внутри кровавого художника что-то сломалось, и он не смог добить кора, дав последнему уйти.
Путь домой с истерзанным кароном на руках монстр будет помнить до конца своих дней.
Палач Иного мира почти увернулся от дряни, что пытался вылить на него ликвидатор, и покалеченный он мог жить, если бы не девка, способная сжигать сердца на расстоянии.
Рука мужчины коснулась головы друга, зверь с трудом открыл глаза, устремив на хозяина взгляд, полный боли и тоски. Он не хотел уходить, он хотел жить и создавать красивые картины, оттачивая своё мастерство без правил и ограничений. Но судьба распорядилась иначе.
Внезапно изображение карона расплылось, убийца провёл рукой по лицу, с удивлением обнаружив, что пальцы стали мокрыми. Собрав последние силы, зверь засопел, выражая удивление. На миг мужчине показалось, что карон лениво подтрунивает над его чувствами, иронизируя и поражаясь слабости того, кому она была не свойственна. Но в следующие секунду свет в глазах друга стал меркнуть, холодная тьма коснулась их, поглощая искорки тёплой жизни… исчезла последняя… И в эту минуту кровавый художник поклялся себе, что найдёт убийцу друга и устроит ей ад на Земле. Пусть для этого придётся измениться, став другим, одним из обычных, которых он всегда считал чужими. Но это ничто по сравнению с её будущим. Отомстить девушке, что отобрала жизнь существа, наполнив его пустотой взамен сгоревшего сердца, - такова новая цель существования монстра, называемого человеком.
А его хобби… Что ж, придётся поработать руками. Он лично убил Ричарда – ликвидатора, о силе которого ходили легенды. Почему бы не поиграть с другими. И даже если предположить невозможное, что Арон сможет переправить ещё одного карона на Землю, он откажется. Второго такого, жестокого и беспринципного, способного наслаждаться процессом убийства и самостоятельно осмысливать план поиска жертвы, выходя за рамки собственной сущности, уже не будет. Его палач – исключение из правил, редкий экземпляр, слишком сильно походивший на своего хозяина. Похоже, и среди зверей есть истинные звери.
*************
Иной мир
Макс устал. Классифицируя оболочки и стадии их исчезновения, «агент 007» безумно устал, отдавшись придуманному занятию без остатка. И сейчас, плавно покачиваясь на волнах приятных мыслей о жизни на Земле, мужчина с недовольством поморщился, услышав приближение Арона и его любовницы.
«Сколько можно? Неужели другого места нельзя найти, чтобы потрахаться? Хотя, наверное, нет. Но мне на это плевать. Я тут расслабляюсь, видите ли, после сильных умственных и физических нагрузок, а они…»
Сверху раздался хриплый стон Мелиссы. Макс приуныл, подведя итог: «О Боже, нигде нет покоя. И кто говорил, что отдохнёшь на кладбище? В нос тому и побольнее».
Пытаясь сосредоточиться на чём-то другом, мужчина сразу не заметил изменений в привычном ритуале сношения (Макс продолжал развлекать себя не только подбором прозвищ для этих двоих, но и словечек, характеризующих их деятельность). Прислушавшись, «агент 007» с удивлением обнаружил – парочка ругается.
- Я не железный… - конец фразы потонул в ехидном смехе русалки.
- У тебя просто не встал, - женщина выплёвывала слова, задыхаясь от злости. – И мой хвост, ставший на несколько мгновений ногами, вновь вернулся в первоначальное состояние. А я осталась ни с чем! Ни с чем!
«Вау! А у меня с этим всё в порядке», - съехидничал Макс.
Слова Арона прозвучали спокойно и безразлично:
- Похоже, ты не из тех женщин, что способны завести мужчину, в каком бы состоянии он ни был.
«А хладнокровная сволочь быстро взяла себя в руки», - заметил Макс, с интересом слушая разговор парочки.
Со стороны женщины раздался рёв, пришло время смеяться архаи.
«Так, у вас ничего не вышло, так поговорите о чём-нибудь стоящем. Мне здесь скучно».
Будто прочитав мысли неуёмной оболочки, Арон властно произнёс:
- На какое-то время нам нужно расстаться. Мне необходимо обдумать случившееся на Земле, а тебе – своё поведение.
Мелисса вскочила и жалобно запричитала:
- Арон, прости меня, прости, пожалуйста. Я не хотела, я просто…
Маг обошёл женщину. Слова прозвучали надрывно и страстно:
- Сегодня я потерял двух каронов, один из которых был выдающимся. Потерял своего ученика, потерял контроль над обычным смертным на Земле. Мне нужно побыть одному. Дорогу найдёшь сама. И не смей показываться мне на глаза, пока не посчитаю нужным позвать. Только тогда ты прибежишь ко мне, как послушная собачонка и будешь выполнять любые команды.
Архаи ушёл, русалка заплакала, Макс задумался о Джули.
Но сущность Мелиссы не могла предаваться печали долгое время. Женщина последний раз всхлипнула, бросила взгляд вглубь пещеры, прищурилась, злобно рявкнула:
- А ты чего уставился? – и отправилась прочь.
Макс испытал шок, благодаря судьбу за то, что его не увидел Арон. Похоже, активные нагрузки идут на пользу, но теперь стоит задуматься о маскировке, в противном случае, рассеявшийся дым может принести большие проблемы.
*************
Земля
Закончив оказывать Джули первую медицинскую помощь, Гаремова заставила подругу пойти в душ, а сама нажала кнопку на кофемашине и погрузилась в печальные размышления.
Всё сказанное Фарион казалось кошмарным сном, настолько чуждым реальной жизни, что мысли о здравом рассудке, твёрдой памяти и возможных галлюцинациях не могли пройти незамеченными. О смерти Берка думать не хотелось, хотя, Гаремова никак не могла принять данный факт.
Дверь ванной открылась, София вздрогнула, Фарион в длинном махровом халате показалась на пороге и, будто читая мысли подруги, задала вопрос в лоб:
- Ты мне не веришь и считаешь сумасшедшей?
Заглянув в карие глаза, всё ещё полные слёз, Гаремова тихо ответила:
- Нет, верю, но мысли о безумии не покидают. Причём, не только прогрессирующем твоём, но и начинающемся моём.
Джули жалко улыбнулась, устраиваясь на стуле. Внезапно рыжая бестия хлопнула себя по лбу и со словами:
- Я – чудовище! - скрылась в комнате.
Спустя минуту женщина вернулась, держа в руках бутылку виски.
- Я правильно понимаю, что вино сегодня не подойдёт?
- Абсолютно, - заверила Джули.
Подруги сидели на кухне, потягивая виски и кофе. Фарион вновь пересказала события сегодняшнего вечера, скомкав смерть ликвидатора. София не торопила, но рано или поздно поговорить об этом придётся. К концу третьего часа посиделок девушка решилась.
- Джули, ты уверена, что Морана больше нет?
Брюнетка вздохнула, сделала очередной глоток виски и тихо произнесла:
- Да, я видела всё своими глазами.
- В бинокль?
- В бинокль, - раздражённо ответила Джули, посмотрела в ночь за окном и отстранённо добавила, - знаешь, я не могу принять тот факт, что он погиб. Как будто информация присутствует, но она меня пока что не коснулась.
Фарион на минуту задумалась, затем произнесла тихим чужим голосом, - странно, ведь я даже не чувствовала к нему ничего серьёзного.
Гаремова впала в ступор от столь дикой «откровенности», чуть не выпалив: «Ага, вот только не нужно. Постоянные слёзы из глаз, как доказательство обратного», но вслух заметила:
- Странно, но я тоже не могу принять его смерть.
Джули дёрнулась, глаза опасно блеснули.
- Он погиб, София, его больше нет. После такого не выживают, пойми, не выживают.
В эту минуту Гаремова осознала одну вещь: «Не приняв чужую смерть, в неё можно поверить».
- Прости. Всё случившееся кажется ночным кошмаром. Давай подробности обсудим завтра, после того, как придёшь с работы, узнав, что там и как. Кстати, ты так и не решила взять отгул?
- Нет, я не выдержку дня ожидания.
- Хорошо, - подвела итог София.
На глаза рыжей бестии навернулись слёзы, впервые за много лет она не хотела, чтобы наступило завтра, ведь завтра означало принятие смерти Морана со всеми вытекающими последствиями, включая и боль Джули.


Глава 79

Иной мир
Он старался забыть каким был раньше. Пётр Неменцев, живущий здесь и сейчас, предпочитал одиночество человеческому общению, ночи со шлюхами любви тех, от кого болело сердце и разум давал сбой.
До связи с вдовой Моран жизнь наёмника напоминала горную реку, бурно текущую под небом, затянутым чёрными тучами. И в этой жизни была своя красота: дикая и гордая, опасная и холодная, от которой нельзя ожидать милости и которой нельзя не восхищаться. Но женщина-вампир незаметно нарушила привычный уклад, всё чаще вовлекая Неменцева в мир, где река текла спокойно и властно, наслаждаясь собственной силой и мощью. Она тоже была опасной, скрывая необузданную энергию, способную изменить мир.
Встреча за встречей, воспоминание за воспоминанием, Пётр не заметил, как часть его новой сущности повернулась к человеческому прошлому с пониманием чувств других людей.
Анализируя события, произошедшие на поляне, наёмник корил себя за обещание, данное Адель Моран. Какой смысл? Он попробовал спасти Берка, получил удар от карона, затем бросил ликвидатора, пытаясь выйти на убийцу. И вновь поражение, только уже от хозяина монстра, в руках которого находился обычный пистолет. И не важно, что пуля оказалась покрыта какой-то едкой дрянью, не важно, что долбанная пуля для кора в человеческом обличии была не сравнима с пулей для кора в обличии летучей мыши. Это было не важно…
Конечно, винить Адель в собственном выборе не имело смысла, но зачеркнуть её влияние на этот самый выбор Пётр не мог. Оставляя Берка на растерзание монстру, Неменцев ощутил потерю со странным привкусом предательства. В тот миг он не был жестоким и расчётливым наёмником, он был человеком, переживающим за чужого сына. Он не смог подстроиться под новые условия, не смог работать вместе в другими, не смог стать прежним в миг, когда это было необходимо людям, находящимся рядом.
Также угнетала мысль: его не добили лишь потому, что кто-то чужой, опасный и безжалостный смертельно ранил палача в самое сердце, и человек предпочёл друга врагу. Иначе валяться мёртвой летучей мыши в голых кустарниках Московской области на удивление всему Иному миру. Представив красочную картинку, Неменцев поморщился, налил коньяк в рюмку, залпом выпил и посмотрел в распахнутое окно. Образ Адель всплыл в памяти, маня нежной улыбкой и причиняя боль.
Кор отвернулся, продолжая размышлять о провале. Пётр не занимался самобичеванием, просто мужчина пытался вычленить свою вину и двигаться дальше. Конечно, никто не смог оценить силу человеческого убийцы, но ошибки не давали покоя. Первой было глупое обещание вдове Моран. Никогда нельзя связывать себя обязательствами с кем бы то ни было, если ты – жестокий наёмник, о силе, ловкости и хитрости которого слагают легенды. После этой мысли на душе вновь заскребли кошки, и воображаемая картинка собственного трупа в кустах заставила сердце дрогнуть от стыда и бессилия.
Вторая ошибка состояла в большом количестве людей и существ, участвовавших в операции. Чем больше переменных, тем сложнее прогнозировать последствия.
И, главное, Пётр не работал в команде, в одиночестве истинная сила кора, в возможности полагаться только на себя. Так было в его новой жизни, иногда грубо и безжалостно, иногда медленно и мучительно, но всегда жестоко и со стопроцентным результатом.
Выпив очередную рюмку коньяка, Неменцев прислушался: к дому подъезжал автомобиль.
- Только этого не хватало, - выругался кор, настроившись прогнать незваного гостя до лучших времён.
Она не успела постучать, входная дверь открылась, и враждебно настроенный наёмник возник на пороге. От него веяло холодом, а в глазах горел огонь, способный уничтожить любого, кто посмеет приблизиться. Адель содрогнулась, волна жара прокатилась по телу. Она видела его в любви, в гневе и даже в тупом равнодушии, но в облике убийцы – никогда. Опасность, исходящая от кора, коснулась сердца женщины, оно метнулось загнанным зверем, вторя голосу разума: «Нужно уходить, сейчас не время и не место». Хозяйка распорядилась иначе.
- Привет. Можно войти, - голос звучал спокойно и уверенно. Адель поразилась собственной выдержке и решительности.
- Уходи, - опасность нанесла второй удар, отразившись в одном лишь слове.
Вампир не двинулась с места.
- Я не уйду, пока не скажу всё, что должна.
Глубокий вздох, едва уловимое движение руки и чужой, хриплый голос.
- Убирайся.
Карие глаза стали синими, по телу прошла дрожь. Один монстр смотрел на другого, и поединок не мог закончиться ничьей.
Адель зло прошептала:
- Ты настолько слаб, что не можешь просто выслушать женщину, не разорвав её на куски?
Равновесие силы опасно накренилось, на секунду вдове Моран показалось: Неменцев любой ценой вышвырнет её за дверь, возможно, не гнушаясь нанесением тяжких телесных повреждений. Внезапно от этой мысли стало весело, некое веселье на грани истерики, когда терять уже нечего и отступать некуда.
- Ну так как? – спросила вампир с изрядной долей ехидства.
Пётр отступил, пропуская Адель в дом.
Ловушка захлопнулась.
*************
Земля
Джули в сотый раз за последние несколько месяцев связала нервы и эмоции в тугой узел и переступила порог офиса, морально готовясь к траурной атмосфере внутри. Но ничего подобного не происходило.
Наталья быстро набирала текст на клавиатуре. Увидев Фарион, улыбнулась, кивнула, бросила весёлое: «Привет» и продолжила работу.
«Как ты можешь быть такой позитивной, ведь его больше нет?» - подумала Джули, подходя к своему рабочему месту.
Из лифта вышел Леонид с увесистой папкой в руках и огромной спортивной сумкой на плече. Патологоанатом излучал счастье настолько демонстративно и нагло, что брюнетку передёрнуло.
- Привет, милая, - весело поздоровался вампир и, не дождавшись ответа, скрылся в дверях, проинформировав секретаря о том, что будет ближе к вечеру.
Фарион устало опустилась на стул, включила компьютер. Настроение в офисе входило в дикий диссонанс с её собственным.
«Неужели они до сих пор ничего не знают?» - размышляла девушка, прикидывая, как вообще такое возможно.
Сеймы не было. Ноющая боль на сердце усилилась при воспоминании о девушке, без сознания лежащей на поляне, а может, уже тогда она была мертва. Брюнетка отогнала страшную мысль, сейчас не время и не место.
Тайком понаблюдав за каждым из сотрудников, Джули пришла к неутешительному вводу: действительно не знают. Значит, страшное впереди.
Справа раздался громкий смех. Марья пыталась развеселить Ивана, выглядевшего не лучшим образом. Взъерошенный, не выспавшийся, в мятом пиджаке мужчина разительно отличался от себя обычного. Фарион насторожилась, решив, Иванов что-то знает. Но чем дольше разговаривали брат и сестра, тем сильнее предположение казалось ошибочным. И вновь громкий смех Марьи.
«Когда же ты заткнёшься?» - обычно брюнетке не была свойственна подобная грубость даже в мыслях, но ощущение боли, странно смешанное с тревогой и напряжённым ожиданием, с трудом удавалось контролировать.
Тщетно пытаясь разобрать текст на экране монитора в течении получаса, Джули сдалась, решительно встала и направилась к Ивановой.
Девушки обменялись обычными приветствиями.
- Не подскажешь, где Сейма? – тихо спросила Джули, стараясь скрыть дрожь в голосе. – У меня к ней важное дело.
- Будет после обеда, - отчеканила Марья, затем добавила, - ты в порядке?
Брюнетка с трудом заставила себя ответить:
- Да, а что?
- Выглядишь не очень, - от прямоты Ивановой иногда становилось тошно.
- Ты уверена насчёт Сеймы? Дело срочное, - солгала Фарион, внимательно наблюдая за сестрой Ивана.
- На все сто! – выдала девушка, улыбнувшись во все тридцать два.
На вопрос о Берке сил не хватило. Джули поплелась к своему столу, поражаясь, как чужое хорошее настроение способно причинить боль.
Вторая попытка сосредоточиться на тексте оказалась успешнее предыдущей. Леонид пополнил раздел информации о каронах, и брюнетка погрузилась в чтение.
Знакомый голос вернул в реальность, в миг оторвав от монитора:
- Привет. У меня к тебе есть вопросы.
Не веря своим ушам, Джули медленно подняла голову, встретившись со спокойно-непроницаемым взглядом Морана. Процессор Фарион не выдержал нахлынувших чувств, начав перезагрузку против воли хозяйки. Джули дёрнулась, резко вскочила на ноги, опрокинула стул, больно ударилась об стол, зацепилась каблуком за что-то под ногами и, не удержав равновесия, начала падать, рискуя удариться головой о стоящий рядом принтер. Но не упала, ловко подхваченная Берком. Мужчина поставил девушку на ноги, рассматривая тревожно-тяжёлым взглядом.
- Ты в порядке? Выглядишь, будто привидение увидела.
- Да, - выдавила Джули, одной рукой касаясь груди Морана, другой вцепившись ему в плечо.
Зазвонил сотовый. Фарион отпустила мужчину, шеф ответил на звонок.
Запоздалая мысль коснулась разума, взорвав реальность: «Я с силой схватила его, а ему не больно, совсем не больно. Как будто ничего не было».
Ликвидатор нажал «Отбой», сказал Джули:
- Поговорим позже, - и направился к выходу, на ходу бросив Ивану короткое, - пойдём.
Что-то в облике Фарион настораживало, но Берк заглушил тревожные ощущения мыслями о предстоящем разговоре с Сеймой.

Продолжение следует...
запись создана: 26.07.2015 в 10:44

@темы: фэнтези, роман, оригинальное произведение, Ориджинал, Моё творчество, Ликвидатор